Фрагменты

Список режиссеров

Эдуард АБАЛОВ [1]
Вадим АБДРАШИТОВ [1]
Серж АВЕДИКЯН, Елена ФЕТИСОВА [1]
Илья АВЕРБАХ [3]
Илья АВЕРБУХ [1]
Леонид АГРАНОВИЧ [1]
Ювал АДЛЕР [1]
Габриэль АКСЕЛЬ [1]
Галина АКСЕНОВА [1]
Михаил АЛДАШИН [1]
Григорий АЛЕКСАНДРОВ [3]
Вуди АЛЛЕН [3]
Александр АЛОВ, Владимир НАУМОВ [1]
Виктор АМАЛЬРИК [1]
Леонид АМАЛЬРИК [1]
Вес АНДЕРСОН [1]
Пол Томас АНДЕРСОН [1]
Рой АНДЕРСОН [1]
Анотолий АНОНИМОВ [1]
Микеланджело АНТОНИОНИ [1]
Семен АРАНОВИЧ [1]
Виктор АРИСТОВ, Юрий МАМИН [1]
Динара АСАНОВА [1]
Павел АРСЕНОВ [1]
Александр АСКОЛЬДОВ [1]
Олег БАБИЦКИЙ, Юрий ГОЛЬДИН [1]
Петер фон БАГ [1]
Бакур БАКУРАДЗЕ [1]
Алексей БАЛАБАНОВ [3]
Гарри БАРДИН [1]
Борис БАРНЕТ [2]
Джой БАТЧЕЛОР [0]
Марк БАУДЕР [1]
Жак БЕККЕР [1]
Леонид БЕЛОЗОРОВИЧ [1]
Марко БЕЛОККЬО [1]
Ингмар БЕРГМАН [4]
Клэр БИВЕН [1]
Дон БЛАТТ, Гэри ГОЛДМАН [1]
Уэйн БЛЭР [1]
Питер БОГДАНОВИЧ [1]
Денни БОЙЛ [1]
Сергей БОНДАРЧУК [1]
Федор БОНДАРЧУК [0]
Ахим фон БОРРИС [1]
Владимир БОРТКО [2]
Михаил БРАШИНСКИЙ [1]
Вячеслав БРОВКИН [1]
Константин БРОНЗИТ [1]
Мел БРУКС [1]
Леонид БУРЛАКА [1]
Рама БУРШТЕЙН [1]
Петр БУСЛОВ [1]
Юрий БЫКОВ [2]
Оксана БЫЧКОВА [1]
Анджей ВАЙДА [2]
Владимир ВАЙНШТОК [1]
Жан-Марк ВАЛЛЕ [1]
Георгий ВАСИЛЬЕВ, Сергей ВАСИЛЬЕВ [1]
Франсис ВЕБЕР [1]
Александр ВЕЛЕДИНСКИЙ [1]
Владимир ВЕНГЕРОВ [2]
Жан ВИГО [1]
Валентин ВИНОГРАДОВ [2]
Вацлав ВОРЛИЧЕК [1]
Леонид ГАЙДАЙ [1]
Николаус ГАЙРХАЛТЕР [1]
Лиз ГАРБУЗ [1]
Виктор ГЕОРГИЕВ [1]
Саша ГЕРВАЗИ [1]
Сергей ГЕРАСИМОВ [1]
Алексей ГЕРМАН [5]
Алексей ГОЛУБЕВ [1]
Станислав ГОВОРУХИН [1]
Арнон ГОЛЬФИНГЕР [1]
Мишель ГОНДРИ [1]
В. ГОНЧАРОВ [1]
Арсений ГОНЧУКОВ [1]
Александр ГОРДОН [1]
Сантьяго ГРАССО [1]
Ольга ГРЕКОВА [1]
Ян ГРЖЕБЕЙК [1]
Юрий и Ренита ГРИГОРЬЕВЫ [1]
В.С. Ван Дайк [1]
Георгий ДАНЕЛИЯ [3]
Фрэнк ДАРАБОНТ [1]
Владимир ДЕГТЯРЕВ [1]
Михаил ДЕГТЯРЬ [1]
Уолт ДИСНЕЙ [1]
Джим ДЖАРМУШ [1]
Нури Бильге ДЖЕЙЛАН [1]
Дюк ДЖОНСОН [0]
Валерио ДЗУРЛИНИ [1]
Александр ДОВЖЕНКО [2]
Ксавье ДОЛАН [1]
Стивен ДОЛДРИ [1]
Семен ДОЛИДЗЕ Леван ХОТИВАРИ [1]
Олег ДОРМАН [1]
Николай ДОСТАЛЬ [2]
Борис ДРАТВА [1]
Карл Теодор ДРЕЙЕР [1]
Владимир ДЬЯЧЕНКО [1]
Иван ДЫХОВИЧНЫЙ [2]
Олег ЕФРЕМОВ [1]
Витаутас ЖАЛАКЯВИЧУС [1]
Франсуа ЖИРАР [1]
Эдуард ЖОЛНИН [1]
Ульрих ЗАЙДЛЬ [1]
Марк ЗАХАРОВ [3]
Андрей ЗВЯГИНЦЕВ [2]
Вячеслав ЗЛАТОПОЛЬСКИЙ [1]
Мария ЗМАЖ-КОЧАНОВИЧ [1]
Александр ИВАНКИН [2]
Александр ИВАНОВ [1]
Виктор ИВЧЕНКО [1]
Алехандро ИНЬЯРРИТУ [2]
Отар ИОСЕЛИАНИ [3]
Клинт ИСТВУД [1]
Элиа КАЗАН [1]
Ежи КАВАЛЕРОВИЧ [1]
Филипп КАДЕЛЬБАХ [1]
Александр КАЙДАНОВСКИЙ [2]
Геннадий Казанский, Владимир Чеботарев [1]
Михаил КАЛАТОЗОВ [3]
Михаил КАЛИК [1]
Фрэнк КАПРА [1]
Борис КАРАДЖЕВ [1]
Владимир КАРА-МУРЗА (мл.) [1]
Аки КАУРИСМЯКИ [1]
Арик КАПЛУН [1]
Евгений КАРЕЛОВ [1]
Кунио КАТО [1]
Чарли КАУФМАН [1]
Ираклий КВИРИКАДЗЕ [1]
Саймон КЕРТИС [1]
Ян КИДАВА-БЛОНЬСКИЙ [1]
Джек КЛЕЙТОН [1]
Элем КЛИМОВ [2]
Павел КЛУШАНЦЕВ [1]
Гвидо КНОПП, Урсула НЕЛЛЕСЗЕН [1]
Олег КОВАЛОВ [2]
Павел КОГАН [1]
Леван КОГУАШВИЛИ [1]
Михаил КОЗАКОВ [1]
Григорий КОЗИНЦЕВ [1]
Александр КОТТ [1]
Летиция КОЛОМБАНИ [1]
Андрей КОНЧАЛОВСКИЙ [4]
София КОППОЛА [1]
Юрий КОРОТКОВ [1]
Надежда КОШЕВЕРОВА, Михаил ШАПИРО [1]
Николай КОШЕЛЕВ [1]
Итан и Джоэл КОЭН [1]
Джоэл КОЭН [1]
Денис КРАСИЛЬНИКОВ [1]
Стенли КРАМЕР [1]
Вячеслав КРИШТОФОВИЧ [1]
Жора КРЫЖОВНИКОВ [2]
Джордж КЬЮКОР [1]
Альфонсо КУАРОН [1]
Джонас КУАРОН [1]
Рауф КУБАЕВ [1]
Акира КУРОСАВА [1]
Йоргос ЛАНТИМОС [1]
Клод ЛАНЦМАН [1]
Николай ЛЕБЕДЕВ [3]
Шон ЛЕВИ [1]
Барри ЛЕВИНСОН [1]
Патрис ЛЕКОНТ [1]
Роман ЛИБЕРОВ [1]
Тобиас ЛИНДХОЛЬМ [1]
Ричард ЛИНКЛЕЙТЕР [1]
Николай ЛИТУС, Алексей МИШУРИН [1]
Сергей ЛОБАН [1]
Сергей ЛОЗНИЦА [3]
Иван ЛУКИНСКИЙ [1]
Павел ЛУНГИН [1]
Ричард Дж. ЛЬЮИС [1]
Юрий ЛЮБИМОВ [1]
Сидни ЛЮМЕТ [1]
Альберт МАЙЗЕЛС [1]
Льюис МАЙЛСТОУН [1]
Том МАККАРТИ [1]
Адам МАККЕЙ [1]
Стив МАККУИН [2]
Норман З. МАКЛЕОД [1]
Виталий МАНСКИЙ [1]
Александр МАЧЕРЕТ [1]
Андрей МАЛЮКОВ [1]
Генрих МАЛЯН [1]
Джозеф Л. МАНКЕВИЧ [1]
Делберт МАНН [1]
Юлия МЕЛАМЕД [1]
Тамаз МЕЛИАВА [1]
Виталий МЕЛЬНИКОВ [3]
Марта МЕСАРОШ [1]
Майя МЕРКЕЛЬ [1]
Наталья МЕЩАНИНОВА [1]
Алексей МИЗГИРЕВ [1]
Сергей МИКАЭЛЯН [1]
Марина МИГУНОВА [1]
Феликс МИРОНЕР, Марлен ХУЦИЕВ [1]
Джордж МИЛЛЕР [1]
Клод МИЛЛЕР [1]
Александр МИТТА [2]
Никита МИХАЛКОВ [6]
Сергей МИХАЛКОВ [1]
Борис МОРГУНОВ [1]
Петр МОСТОВОЙ [1]
Владимир МОТЫЛЬ [1]
Кристиан МУНДЖИУ [3]
Кира МУРАТОВА [4]
Джон МЭДДЕН [1]
Хорациу МЭЛЭЕЛЭ [1]
Дэвид МЭМЕТ [1]
Анджей МУНК [1]
Бабак НАДЖАФИ [1]
Георгий НАТАНСОН [1]
Ева НЕЙМАН [1]
Ласло НЕМЕШ [1]
Сергей НЕСТЕРОВ [1]
Ангелина НИКОНОВА [1]
Григорий НИКУЛИН [1]
Ясмин НОВАК [1]
Филлип НОЙС [1]
Юрий НОРШТЕЙН [1]
Алексей НУЖНЫЙ [1]
Пол НЬЮМАН [1]
Фредерик ОБУРТЕН [1]
Валерий ОГОРОДНИКОВ [1]
Юрий ОЗЕРОВ [2]
Лиза ОЛИН [1]
Эрманно ОЛЬМИ [1]
Илья ОЛЬШВАНГЕР [1]
Алексей ОСТРОУМОВ [1]
Леонид ОСЫКА [1]
Павел ПАВЛИКОВСКИЙ [1]
Жиль ПАКЕ-БРЕННЕР [1]
Алан ПАКУЛА [1]
Марсель ПАЛИЕРО [1]
Арно де ПАЛЬЕР [1]
Глеб ПАНФИЛОВ [1]
Сергей ПАРАДЖАНОВ [1]
Майкл ПАУЭЛЛ [1]
Александр ПЕЙН [1]
Артавазд ПЕЛЕШЯН [1]
Владимир ПЕТРОВ [1]
Кристиан ПЕТЦОЛЬД [1]
Константин ПИПИНАШВИЛИ [1]
Лора ПОЙТРАС [1]
Владимир ПОЛКОВНИКОВ [1]
Алексей ПОПОГРЕБСКИЙ, Борис ХЛЕБНИКОВ [1]
Иосиф ПОСЕЛЬСКИЙ, Владимир ЕРОФЕЕВ, Ирина СЕТКИНА [1]
Поэзия в кино [1]
Стивен ПРЕССМАН [1]
Александр ПРОШКИН [2]
Андрей ПРОШКИН [2]
Альгимантас ПУЙПА [1]
Дэвид ПУЛБРУК [1]
Кристи ПУЮ [1]
Луис ПЬЕДРАИТА, Родриго СОПЕНЬЯ [1]
Иван ПЫРЬЕВ [1]
Александра РАХМИЛЕВИЧ [1]
Ален РЕНЕ [1]
Жан РЕНУАР [1]
Оскар РЁЛЛЕР [1]
Франсуа-Луи РИБАДО [1]
Кэрол РИД [1]
Артуро РИПШТЕЙН [1]
Лоренс РИС [1]
Джулио РИЧЧИАРЕЛЛИ [1]
Марк РОБСОН [1]
Стюарт РОЗЕНБЕРГ [1]
Эрик РОМЕР [1]
Михаил РОММ [7]
Абрам РООМ [1]
Слава РOCC [1]
Александр РОУ [2]
Григорий РОШАЛЬ [1]
Лев РОШАЛЬ [1]
Алина РУДНИЦКАЯ [1]
Ирвинг РЭППЕР [1]
Эльдар РЯЗАНОВ [3]
Иштван САБО [1]
Нигина САЙФУЛЛАЕВА [1]
Шэйн САЛЕРНО [1]
Александр СЕРЫЙ [1]
Михаил СЕГАЛ [1]
Василий СИГАРЕВ [1]
Витторио Де СИКА [1]
Евгений СИМОНОВ [1]
Кейн СИНИС [1]
Рамеш СИППИ [1]
Аркадий СИРЕНКО [1]
Мартин СКОРСЕЗЕ [2]
Ридли СКОТТ [2]
Мирослав СЛАБОШПИЦКИЙ [1]
Владимир СИНЕЛЬНИКОВ [1]
Вениамин СМЕХОВ [1]
Авдотья СМИРНОВА [2]
Андрей СМИРНОВ [2]
Сергей СНЕЖКИН [1]
Александра СНЕЖКО-БЛОЦКАЯ [0]
Феликс СОБОЛЕВ [1]
Александр СОКУРОВ [3]
Сергей СОЛОВЬЕВ [2]
Карел СТЕКЛЫ [1]
Андрей СТЕМПКОВСКИЙ [1]
Светлана СТРЕЛЬНИКОВА [1]
Стивен СПИЛБЕРГ [2]
Александр СУРИН [1]
Сергей ТАРАМАЕВ, Любовь ЛЬВОВА [1]
Андрей ТАРКОВСКИЙ [6]
Жак ТАТИ [1]
Евгений ТАШКОВ [1]
Иван ТВЕРДОВСКИЙ [3]
Виктор ТИХОМИРОВ [1]
Валерий ТОДОРОВСКИЙ [1]
Петр ТОДОРОВСКИЙ [1]
Виктор ТРЕГУБОВИЧ [3]
Ларс фон ТРИЕР [1]
Томаш ТОТ [1]
Маргарет фон ТРОТТА [1]
Семен ТУМАНОВ [1]
Франсуа ТРЮФФО [1]
Кристоф ТЮРПЕН [1]
Уильям УАЙЛЕР [1]
Билли УАЙЛЬДЕР [1]
Олег УЖИНОВ [1]
Андрей УЖИЦА [1]
Сергей УРСУЛЯК [5]
Александр УСТЮГОВ [1]
Люси УОЛКЕР, Карен ХАРЛИ, Жуан ЖАРДИМ [1]
Золтан ФАБРИ [2]
Алексей ФЕДОРЧЕНКО [2]
Федерико ФЕЛЛИНИ [6]
Олег ФЛЯНГОЛЬЦ [1]
Брайан ФОГЕЛЬ [1]
Стивен ФРИРЗ [1]
Борис ФРУМИН [1]
Илья ФРЭЗ [1]
Кэри ФУКУНАГА [1]
Питер ХАЙАМС [1]
Мишель ХАЗАНАВИЧУС [1]
Джон ХАЛАС [1]
Рустам ХАМДАМОВ [2]
Михаэль ХАНЕКЕ [1]
Энтони ХАРВИ [1]
Иосиф ХЕЙФИЦ [2]
Яэл ХЕРСОНСКИ [1]
Альфред ХИЧКОК [3]
Борис ХЛЕБНИКОВ [2]
Тадеуш ХМЕЛЕВСКИЙ [1]
Юзеф ХМЕЛЬНИЦКИЙ [1]
Агнешка ХОЛЛАНД [1]
Ноам ХОМСКИЙ [1]
Владимир ХОТИНЕНКО [2]
Курт ХОФФМАН [1]
Илья ХРЖАНОВСКИЙ [1]
Константин ХУДЯКОВ [1]
Марлен ХУЦИЕВ [6]
Эдвард ЦВИК [1]
Михаил ЦЕХАНОВСКИЙ [1]
Фред ЦИННЕМАНН [1]
Чарли ЧАПЛИН [4]
Владимир ЧЕБОТАРЕВ [1]
«ЧЕЛОВЕК ИЗ ТЕЛЕВИЗОРА» телепрограмма [0]
Клод ШАБРОЛЬ [1]
Алексей ШАПАРЕВ [1]
Тофик ШАХВЕРДИЕВ [1]
Карен ШАХНАЗАРОВ [4]
Адольф ШАПИРО [1]
Михаил ШВЕЙЦЕР [1]
Михаил ШВЕЙЦЕР, Софья МИЛЬКИНА [1]
Александр ШЕЙН [1]
Эльдар ШЕНГЕЛАЯ [1]
Лариса ШЕПИТЬКО [2]
Надав ШИРМАН [1]
Евгений ШИФФЕРС [1]
Фолькер ШЛЕНДОРФ [1]
Евгений ШНЕЙДЕР [1]
Том ШОВАЛ [1]
Геннадий ШПАЛИКОВ [1]
Василий ШУКШИН [2]
Ариэль ШУЛЬМАН Генри ДЖОСТ [1]
Соломон ШУСТЕР [1]
А. С. ЭЙЗЕНШТАРК [1]
Сергей ЭЙЗЕНШТЕЙН [2]
Анатолий ЭЙРАМДЖАН [1]
Виктор ЭЙСЫМОНТ [1]
Ронит и Шломи ЭЛЬКАБЕЦ [1]
Резо ЭСАДЗЕ [2]
Франциско ЭСКОБАР [1]
Рубен ЭСТЛУНД [1]
Анатолий ЭФРОС [2]
Андрей ЭШПАЙ [1]
Константин ЮДИН [1]
Сергей ЮТКЕВИЧ [1]
Роберт В. ЯНГ [1]
Борис ЯШИН [1]
Разное [71]
Allen COULTER [1]
Tim Van PATTEN [1]
John PATTERSON [1]
Alan TAYLOR [1]

Теги

Ленфильм Ахеджакова Никулин Иоселиани грузия Герман Болтнев Миронов Вайда Польша Цибульский Ильенко Миколайчук Параджанов Шпаликов Гулая Лавров Адомайтис Банионис Жалакявичус Литовская кст Румыния россия Мизгирев Негода Олялин Эсадзе Ладынина Пырьев Одесская кст Савинова Ташков Аранович кст Горького Эйсымонт Бортко Евстигнеев Карцев Япония Куросава кст Довженко Литус Мишурин Румянцева Шифферс Любшин Шустер Мунджиу Мосфильм Хуциев Мэлэелэ Бакланов То Экран италия Феллини Мазина Комиссаржевский Бергман Швеция Кошеверова Шапиро Ольшвангер Смоктуновский Володин Климов Митта Калатозов Куба Урусевский немое кино Доронина Натансон Захаров Шварц Данелия Герасимов кст им.Горького Като мультипликация 1939 Мачерет Олеша 1935 Роом СССР Александров 1938 1956 Рязанов 1974 Кончаловский 2007 Михалков 1960 1980 Венгрия Месарош 1967 Аскольдов к/ст Горького 1934 Тарковский Виго Франция Грузия-фильм 1970 2006 анимация Ужинов 1984 Шенгелая США Чаплин Солярис 1961 Ольми Динара Асанова Жена ушла Добро пожаловать Элем Климов Балабанов Кочегар ЛЮБИМОВ вифлеем израиль фильм Ювап Адлер

***



Авторский проект Святослава БАКИСА

Сайт инициировал
и поддерживает
Иосиф Зисельс

Разработка сайта
Галина Хараз

Администратор сайта
Елена Заславская

Социальные сети

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Суббота, 19.08.2017, 11:22
Приветствую Вас Гость
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Новый фрагмент

Главная » Новые фрагменты » Александр СОКУРОВ

«Телец»

«Телец». Режиссер и оператор Александр Сокуров. Сценарий Юрия Арабова. «Ленфильм». 2000

Как снимался фильм "Телец"


Юрий Арабов о "Тельце"
----------------------------------------
«Созвездие Тельца (лат. Taurus) составляют звезды, имеющие разную величину. Самой яркой является Альдебаран, название которой переводится с арабского приблизительно как «следующий».

Телец является первым из знаков Зодиака, относящихся к земным.   Появившихся на свет под этим знаком можно смело считать людьми воли и дела. Тельцы обладают здоровым животным инстинктом».     Википедия.

«Действие картины происходит на протяжении одного летнего дня 1923 года в Горках, где тяжело больной Ленин проводит последние месяцы своей жизни в окружении бестолковой прислуги и многочисленной охраны, главная задача которой — надёжная изоляция его от внешнего мира...» Википедия.


Однажды в детстве, заболев гриппом, я играл ртутью разбившегося термометра, гоняя шарики иголкой, как кием, от борта к борту маленькой картонной коробки. Коробка стояла на буграх одеяла неровно, шарики все время скатывались в ее нижний угол и сливались в один крупный шарик. Я старался раздавить его иголкой на два, но он не поддавался, ускользал. Так же трудно зрителю или критику отделить знакомые и тривиальные истины, которые автоматически приходят в голову по поводу «Тельца», от непосредственной действительности фильма.

Вот был человек, наделенный непомерной властью, вершивший судьбами миллионов людей, проливший море крови – и вдруг он заболел и превратился в слабого, жалкого старика, зависимого в элементарных своих нуждах от множества людей, не имеющих к нему ни капли жалости, дожидающихся, чтобы он поскорее умер. Человеку очень плохо, пусто, одиноко, - но ведь он, восседая на троне, и сам никого не жалел, чего ж ему жаловаться. В нем просыпается совесть, его охватывает страх Страшного суда – но, увы, путь назад отрезан. Горький удел. Sic transit gloria mundi. Так проходит земная слава. Сильные мира сего, помните, что вы всего лишь люди –  иначе, когда настанет время подводить итоги, когда ваши чертоги и тоги падут, – а это неминуемо случится, потому что в конце пути всякий человек предстает пред Всевышним в наготе своей, – вам придется туже, чем любому из тех, кого вы с такой бездумной жестокостью сжимали в своих дланях!                            

                             Деспоты! Бренны ваши дела.

                             Вечность им прочности не дала.

                             Пламя взовьется, поднимется, вспыхнет.

                             Падает. И выгорает. Дотла.

                                              Хусейн Ваиз Кашифи (умер 1504/05 г.)

Нельзя сказать, что эта старая, как холмы, мудрость в «Тельце» не повторена на свой лад. В общем - да. Но фильм, песня, картина, книга действуют на нас не общим, а конкретным, они должны промчаться внутри коробки черепа, как мотоцикл по вертикальной стене: угол наклона чуть-чуть не точен (вот оно, знаменитое «чуть-чуть», которое Толстой считал сутью искусства!) – и тотчас падение.   

Если попытаться понять, о чем же «Телец» конкретно, то обнаружишь, что фильм  не то чтобы не совсем и не только на тему вышеизложенных прописных истин, но даже о чем-то противоположном. Не о той экзистенциальной ситуации, когда человек на пороге смерти, и тут проявляется его ранее задавленное «человеческое, слишком человеческое» (Ницше), а о том, как это человеческое неспособно проявиться. Да, это, может быть, так и есть, что в последний час человеческое стремится вырваться на поверхность, – но фильм не о муках проснувшейся совести, поздних сожалениях, вдруг выплывшей из потемок сознания ностальгической памяти детства – он о другой муке, когда все это судорожно бьется, царапается, просится из казематов наружу, – но так и остается запертым. Слишком поздно, слишком далеко перешел человек черту. Я недаром начал с этих вредных ртутных шариков: первая и вторая муки – они вроде близки, смежны... но это совсем разные виды страдания. Они так же смежны и между ними такая же резкая разница, как между берегом и океаном: это страдания разных грешников, раскаявшегося и нераскаявшегося.

Взять ту же память детства. У конформиста Ивана Ильича, героя толстовской повести, не остается почти ничего, за что зацепиться в предсмертный час, кроме воспоминания о мячике, которым он играл сорок с лишним лет назад, – но этот мячик все же греет ему душу. Владимир Ильич слышит шум дождя и думает: «В детстве эти звуки всегда напоминали мне какую-то знакомую музыку... а мать говорила, что это разговаривают ангелы, и лишь дети могут их услышать». И тут же в его мозгу срабатывает привычное реле – из режима воспоминаний он переключается в режим сентенций: «А между тем, молнии – это разряды электричества, и если бы мама знала об этом, то молилась бы не богу, а динамомашине». 

В парке недалеко от нашего дома лежат бревна – это бывшие платаны, поверхность их неглубоко оструганных стволов вся в бледных следах пятен, которые бывают на стволах живых платанов. В.И. был когда-то человеком, иногда ему в голову все же приходят мысли, в которых просматривается генетическая связь с категорическим императивом и десятью заповедями, - однако он тут же гасит эти искорки душным одеялом материалистического мировоззрения, какой-нибудь, скажем, цитатой из собственного «Материализма и эмпириокритицизма». Всё, чего ни коснется  слабеющее сознание этого человека, тут же страшно оплощается, принижается, - и в этом-то, на самом-то деле, источник мук В.И. Как ни крути, а смерть – загадка, не решаемая в рамках материалистического мировоззрения; можно смеяться над нею, можно говорить, что никакой загадки нет, - но оказавшись пред Последними Вратами, ты не то что непременно должен решить ее в метафизическом плане, но все-таки вынужден как-то определиться в отношении того, что дальше, ибо если с большого расстояния можно было спокойно думать, что дальше ничего (потому что еще убегает вдаль дорога жизни), то сейчас, у предела, надо нечто обязательно понять или хоть на скорую руку выдумать, ибо человек, оказывается, не может и дня прожить без ощущения дальшести: ну вот необходима хоть какая-нибудь перспектива, и все тут! Речь не о божественном откровении  – это было бы слишком роскошно, и об этом в данном случае не приходится и говорить: но хоть мячик бы какой завалящий - ведь  в пространстве сознания все смешано, и ретроспектива могла бы послужить перспективой. Но нет ничего, даже мячика. И замученный болями и болеутоляющим маленький человечек, не имея никакой отмычки к замку Врат, скребется под ними злобно и беспомощно, как затравленная крыса.

Я сказал: «слабеющее сознание». Но беда В.И. не в том, что его сознание ослабело: она в другом –  склад этого сознания решительно не подходит для ситуации, в которой он оказался. Если на то пошло, ужас положения ослабленностью сознания облегчается: работай голова В.И. на полную катушку, он и вовсе бы лоб себе расшиб от ярости. 

Да и реальна ли она, эта ослабленность сознания? Надежда Константиновна читает В.И. историческое исследование на тему русской порки (почему-то ему не только интересно, но и доставляет удовольствие подобную мутотень слушать; возможно, он думает: не  я начал пороть русского мужика, не на мне сие кончится): «При достаточном владении кнутом через пятьдесят ударов мясо отделяется от костей». Не иносказание ли это того, что произошло с ним самим: болезнь не изменила его  личность – она только обнажила ее костяк, структуру?

Но как же? Он даже потерял способность устного счета. Вот врач сказал ему: «Когда сможете умножить семнадцать на двадцать два – считайте себя выздоровевшим!» В.И., как ни старается весь фильм, умножить не может, следовательно... Да ничего не следовательно, он и раньше не мог – мы только должны понять, что означает это «17х22» в контексте фильма.

В.И., в сущности, не утратил ни единой черточки, которая была присуща ему, когда он был "в расцвете и силе". Он по-прежнему проницателен - например, прекрасно понимает, что Сталин хочет избавиться от него. Не потерял дара манипулировать людьми, достигая своего стравливанием между собой мед и прочих братьев, – пусть теперь этим достигаются ничтожные внутритюремные выгоды, допустим, конфетка сверх уставного пайка. А главное – он совершенно не потерял своей титанической воли. Первое слово на его устах – «сам!» Сам пытается слезть с койки и валится рядом с ней. Сам спускается по лестнице, отталкивая верный и от этого еще более ненавистный пухлый локоть Надежды Константиновны. Сохранил за собой право ездить на охоту: ружья ему, конечно. не доверяют (застрелится  еще, чего доброго, а ведь вопрос, что делать после него, Альдебараном пока не решен), но в лес регулярно вывозят, и он там стреляет указательным пальцем – «пиф-паф»: как-никак, это дает иллюзию исполнительно-истребительной власти. Да, власть – вот главное, по чему он тоскует и лишенность чего вызывает у него пароксизмы бешенства. Парадокс: с одной стороны, он знает, что скоро умрет, не боится смерти и ищет ее; с другой, не потерял надежды вернуться к кормилу. Выходит, как человек он свою смертность признал, как фараон – нет. 

Итак, В.И. сохранил все те свои черты, которые сделали его вождем и гипертрофически раздулись, пока он им был, – просто раньше всё кое-как прикрывалось «мясом» парламентского декорума, а теперь обнажилось до уровня низшего физиологизма. Возвратись он в Кремль, то, что в Горках квалифицируется как истерики, за которые охранники, то есть люди, охраняющие его от контактов с внешним миром, бьют его по рукам, заворачивают в смирительные простыни и подвергают ледяным ваннам, будет снова прославляться как железная политическая воля; манипуляции ради конфеты будут названы гениальной стратегией; постоянное вранье для собственной выгоды – искусством диалектики.   

Излюбленный художественный прием Толстого - остранение, когда всякие привычные предметы или действия, особенно нагруженные высоким символическим значением, описываются по их внешним признакам, как если бы они были увидены глазами ребенка. Например, в «Войне и мире»: «На сцене были ровные доски посередине, с боков стояли крашеные картоны, изображающие деревья, позади было протянуто полотно на досках. В середине сцены сидели девицы в красных корсажах и белых юбках. Одна, очень толстая, в шелковом белом платье, сидела особо, на низкой скамеечке, к которой был приклеен сзади зеленый картон. Все они пели что-то». Так же и каждый момент дебилического прозябания В.И. в низинах Горок – это как бы конспективный парафраз его демонического витания в кремлевских высях. Иногда это сделано Арабовым и Сокуровым не только по-толстовски «странно», но по-хармсовски смешно:

В.И.    Кто это был?

Н.К.   Генсек.

В.И.   Он что, грузин? ...А что это в супе?

Н.К.   Горох.

В.И.   Горох? Не еврей ли он?

Н.К.   Горох?!

В.И.   Тот, кто приезжал. Жалко, он не еврей, с евреями всегда можно договориться. (Как все начальники, В.И. втайне классифицирует подчиненных по национальному признаку!)

С другой стороны, и отношение к В.И. обслуги, неприкрыто, вплоть до физической грубости, третирующей его, а в лучшем случае фамильярное (врач обращается к нему: «Ну-с, как дела, господин вождь?») – это низведенная на элементарно-наглядный уровень глухая и неизбывная ненависть народа к тирану; то, что все эти холуи приставлены Сталиным, не меняет сути дела и является  объяснением лишь на первом и внешнем уровне.

Возвратимся, однако, от санитаров и врачей к больному, чтобы дать, наконец, короткое и ясное заключение: есть патология или нет? Ответ: есть. Но перед нами не острое, а хроническое и прогрессирующее заболевание. Редукция мозговой потенции В.И. в результате сифилиса или чего-то там, превратившего, говорят, половину его церебеллума – правую, чувствующую половину, что крайне существенно! – в засохший полуорешек, - это последняя стадия длительного процесса изъедания его сознания злокачественным - циничным, слепым и агрессивным - прагматизмом. Если же отвечать в контексте не венерологии, а художественной концепции Сокурова, то ответ прозвучит так:  жалкий и несчастный горкинский Ленин –  не метаморфоза, а метафора могучего и ужасного Ленина кремлевского. Остранение, все то же остранение!     

Позвольте, но как же все-таки насчет сакраментального 17х22? Ведь кремлевский Ильич еще как умел считать, рассчитывать и просчитывать? Метафора, опять метафора! Вместо того, чтобы вместе с В.И. напрягать наши математические шишки, давайте лучше сообразим: в чем смысл задачки? Хрущев описал в мемуарах  такой случай. Сталин в свои последние дни потерял способность речи, но сохранял сознание. Однажды, когда медсестра поила его из бутылочки, он стал показывать глазами куда-то вверх. Политбюро, стоявшее в полном составе вдоль стенки его дачной спальни, не могло понять, чего он хочет. Вдруг Хрущев рассмеялся: Сталин указывал на снимок из «Огонька», который когда-то прикнопил над изголовьем своей кровати - там грузинская девочка поила из рога козленка! Никита оказался единственным среди этой своры изощреннейших, «на всэе злэ проворных»* монстров, кто догадался - Хозяин шутит. Вот точно так же одурачивший мировую буржуазию, меньшевиков и эсеров, рабочий класс, крестьянство, интеллигенцию и черта с дьяволом - феноменально одаренный коварством - постигший высшую математику интриганства и казуистики Ильич не способен понять самых простых человеческих вещей, помножить два на два.

В общем, во всем мы, кажется, разобрались, кроме одного: а что нам до всего до этого? Ну Ленин, ну Сталин, кто-то там еще... все они, politicians, одним миром мазаны. Но ведь нам-то, простым смертным, не грозит такой конец? Это еще как посмотреть. Душа В.И. погибла оттого, что слишком долго носил он дарящее власть над миром, но и превращающее  человека в демона кольцо (помните Толкина?) Но политическая власть  – для Сокурова не предел того, о чем он говорит, замещение, метафора чего-то иного. В английском языке есть выражение – control freak, то есть человек, одержимый манией контролировать действительность, подчинять всё вокруг своей воле. «Телец» адресован любому тирану, от кремлевского до квартирного, да что там, он обращается ко внутреннему навязчивому тирану в каждом из нас, предупреждая об опасности  волевого, головного, бесновато-манипулятивного, безлюбовного, лишенного покорной кротости отношения к миру. Фильм снят (оператор - сам Сокуров) искажающей оптикой в мутно-зеленоватых бутылочных тонах – смешно, но мне вспомнилась киносказка Александра Роу «Марья-искусница», где действие происходило в управляемом нечистой силой подводном царстве; шокирующе грубый грим на лицах Леонида Мозгового-В.И. и Марии Кузнецовой-Крупской становится оправданным, если рассматривать Горки как некий лимб, в котором, дожидаясь транспорта, мается эта пара: оба не совсем человекообразны, потому что испарения серы, вползающие через отворенную дверь, уже успели изъесть черты их лиц.

В последних кадрах Ленина снова вывезли "на охоту". Как-то вышло так, что он остался среди леса один. Он испуганно кричит, зовет (когда-то любил природу, но давно, давно, а теперь... уж лучше «чудесный грузин» Альдебаран и садисты-санитары, чем эти кроткие, безмолвные, прямые деревья: они не люди, их можно срубить, но нельзя обмануть)... потом замолкает, успокаивается, смотрит вверх: солнца на небе не видно, но из  просвета между стальными облаками струится какой-то странный свет... раз он идет от неба,  излишне называть его неземным, и все-таки - неземной. На несчастного карлика вдруг нисходит покой... он смотрит, широко раскрыв глаза... о чем он думает? Злобится на этот свет, который будет литься с небес и  после того, как он вскоре уйдет - нет чтобы померкнуть в тот же миг, когда померкнут его глаза (заветная мечта всех фараонов)? Или, может быть, ему пришло в голову, что лучше было бы жить, следуя за вольным подвижным  лучом, вместо того чтобы всякими хитроумными призмами и зеркалами пытаться искривить его, загнать в ловушку и потом рассчитанными порциями выпускать «на злобу дня»?    

А если, как говорится, «по-хорошему», то жить следовало бы вот по каким правилам:

                      

                    Быть знаменитым некрасиво

                    .........................                   

                    Позорно, ничего не знача,

                    Быть притчей на устах у всех.

                    ... надо жить без самозванства,

                    Так жить, что бы в конце концов

                    Привлечь к себе любовь пространства,

                    Услышать будущего зов.

                    ..................................  

                    И окунаться в неизвестность,

                    И прятать в ней свои шаги,

                    Как прячется в тумане местность,

                    Когда в ней не видать ни зги.

                    ...............................

                    И должен ни единой долькой

                    Не отступаться от лица,

                    Но быть живым, живым и только,

                    Живым и только до конца.

                                         (Б.Пастернак)

Не отступиться от лица... В болотно-сизом мороке Горок лицо В.И. четко видно лишь один раз, когда он долго и пристально, как шахматист, старающийся по глазам соперника отгадать записанный тем в конце отложенной партии ход, смотрит на Альдебарана. Но эти двое играют в игру, которая - в метафизическом плане - проигрышна для обоих, сколько бы коварных вилок они друг другу ни наставили**.  

    

*  Иван Котляревский. Поэма «Энеида».

**  В одном из прилагаемых видеороликов Юрия Арабова спрашивают, были ли в его сценарии эпизоды, которые не вошли в фильм. Он отвечает, что был огромный эпизод визита Альдебарана-Сталина к В.И., который Сокуров сократил на две трети. «Я до сих пор жалею, что мне не удалось убедить Александра Николаевича, - говорит Арабов, - потому что я считаю этот эпизод принципиальным". Мне же кажется, что Сокуров правильно сделал, более того – можно было бы обойтись и без одной трети. Если «Телец» –  житийная история о муторошном, не разрешившемся катарсисом конце не способного раскаяться грешника, то визит Альдебарана ничего не добавляет к этой теме; при всей своей зловещей стилизованности - это самое странное место фильма, - он лишь ненужно конкретизирует, политизирует его, в структуре метафоры "Тельца" никак не приживаясь.  



Леонид Мозговой               Л.Мозговой – В.И.                      В.И.




Смотреть фильм он-лайн


Автор С. Бакис

slavabakis@gmail.com


Категория: Александр СОКУРОВ | Добавил: ovechka (18.07.2012) | Автор: С. Бакис
Просмотров: 1555 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: